Протодиакон Сергий Зензивеев

Диакон Сергий Зензивеев, ок.  1960 г.

Диакон Сергий Зензивеев, ок. 1960 г.

19 февраля этого года исполнилось 110 лет со дня рождения подвижника благочестия Александровской земли — протодиакона Сергия Зензивеева, служившего многие годы в Троицком соборе нашей обители. Предлагаем вам ознакомиться с его жизнеописанием, составленным на основании документов из архивов Владимирской епархии, ГАРФа, УФСБ по Владимирской обл., УФСБ по Калужской обл, а также рассказов прихожан — семей Зининых, Дыба, Л.А. Бобек. Благодарим за предоставленные материалы внучек отца Сергия. Всем, кто знал протодиакона Сергия, предлагаем поделиться  своими воспоминаниями.Россия XX столетия явила миру сонм мучеников и исповедников за веру Христову, подвигом которых омылась и обновилась русская земля и утвердила стопы свои в древнем Православии.

Жестокие гонения, воздвигнутые на Церковь безбожной советской властью, как огненным горнилом испытали дело каждого из россиян, кто на каком основании строил (1 Кор, III, 12-13). Среднего пути не было. Перед старым и малым стоял выбор – богоотступничество или богоисповедничество.

Страх мучений заставлял слабых в вере идти на компромисс с совестью, отрекаться от Бога, становиться предателями своих соотечественников, собратий. А те, кто несмотря ни на что, решался сохранить верность Христу и Его Церкви, пройдя через разжженную пещь страданий, закалялся, как золото, и становился сосудом, благопотребным Владыке. (2 Тим, II,2).

Но не всех из пострадавших, и даже пострадавших за веру, можно назвать мучениками и исповедниками Христовыми. Были среди них и такие, которые, принимая мучения, проклинали мучителей, не имели твердого намерения стоять ради Бога до конца.

Победа Спасителя над Смертью, даровавшая миру Жизнь, заключалась в том, что, претерпев от людей все возможные на земле страдания, даже до распятия, Он не потерял любви к ним, и тем самым  попрал «семя тли», усвоенное человеческим естеством по грехопадении. Ибо любовь есть жизнь, а ненависть есть смерть.

И истинные мученики Христовы, проявляя себя как личности, подобные Христу, на первое место при любых обстоятельствах ставили хранение Его заповедей, главная из которых – любовь к Богу и ближнему, и, как высшее ее проявление – любовь к врагам.

«Аще раздам вся имения моя, и аще предам тело мое во еже сжещи е, любви же не имам, никая польза ми есть» (1 Кор, XIII,3).

Одним из носителей этой великой Любви явился протодиакон Сергей Александрович Зензивеев, всю свою жизнь принесший в дар Богу и людям.

Гжатск.-Общий-видРодился он 6 (19) февраля 1905 года в городе Гжатске[1] Смоленской области в семье торговца-кожевника. Отца (отчима) его звали Александром Степановичем[2], а мать — Александрой Алексеевной. Церковный патриотический настрой семьи благотворно сказался на формировании мировоззрения Сергея. От юности он избрал путь Христов, полюбил церковные службы, и, несмотря на царивший тогда в обществе дух богоборчества, открыто исповедовал себя христианином.

Семья Зензивеевых ок. 1907 г. Младенец Сергей на руках у матери, слева отец. Ниже сестра Ольга и ее муж

Семья Зензивеевых ок. 1907 г. Младенец Сергей на руках у матери, слева отец. Ниже сестра Ольга и ее муж

Учась в реальном училище (1915-1923 г.), а после в медтехникуме (1923-1926 гг.), он прислуживал в гжатской Казанской церкви, затем был иподиаконом в соборе у епископа Феофана (Березкина), пел в церковном хоре, а после окончания курсов псаломщиков в 1926 году был утвержден псаломщиком Казанской церкви.Казанская-церковь-г.-Гжатск

В 1927 г. С.А. Зензивеев женился на девице Марии Павловне Николаевой[3], и 23 января 1927 года принял рукоположение в сан диакона от епископа Гжатского Феофана с благословением служить в Казанской церкви.

Церковная община г. Гжатска с протодиаконом М. М. Михайловым (в центре). Сергей Зензивеев в верхнем ряду в центре. Его жена Мария Павловна в нижнем ряду первая слева

Церковная община г. Гжатска с протодиаконом М. М. Михайловым (в центре). Сергей Зензивеев в верхнем ряду в центре. Его жена Мария Павловна в нижнем ряду первая слева

В те годы сама по себе причастность к церковному клиру была исповедничеством. Несмотря на молодость (отцу Сергию исполнилось 22 года), он встал на этот путь глубоко сознательно и мужественно, и, положив однажды руку на рало, уже не обратился вспять (Лк. 9: 62).

епископ Феофан (Березкин)

Вскоре пришло время испытания его веры. Всего 2 года прослужил диакон Сергий  в Казанской церкви, когда 28 ноября 1929 г. был арестован Вяземским отделом ОГПУ по обвинению в антисоветской агитации населения «с использованием религиозных предрассудков масс» и заключен в Вяземский исправдом. Основанием для ареста стали доношения в ГПУ граждан города Гжатска, которых беспокоило то, что «дьякон Зензивеев Сергей Александрович за короткое время среди прихожан завоевал большой авторитет в глазах кликуш, как молодой, стал считаться ими святым… Будучи дьяконом все время поминал бывшего Царя Николая и т.п… Воспитывался в монархическом духе своим наставником епископом Феофаном. По сие время держит тесную с ним связь, называя его духовным отцом…Являясь фактически руководителем и религиозным проповедником в церкви, наряду с этим занимался систематической агитацией против сов. власти среди прихожан Казанской церкви гор. Гжатска».

диакон Сергий Зензивеев, фотография из следственого дела 1929 г.

диакон Сергий Зензивеев, фотография из следственого дела 1929 г.

Обвинительное заключение, составленное в ходе следствия 24 декабря 1929 года, гласило, что «Зензивеев Сергей Александрович виновен в том, что будучи религиозным фанатиком и антисоветски настроенным человеком, систематически занимался антисоветской агитацией, роспуская провокационные слухи о скором падении советской власти. Внедрял в массы требования свободы слова. В случае закрытия церкви призывал церковный совет, чтобы дали набат и собрали мирян, дабы не дать закрыть церковь.

28 мая 1929 года, в группе торговцев Зензивеев говорил: «Стоящие во власти жулики довели страну до гибели, хлеба нет, мануфактуры нет, народ доводят до голода, рабочие и крестьяне уже начинают восставать. Налогами задавили. Начинают издеваться над народом. Свободы слова нет. Сейчас живут только коммунисты, набивают себе карманы» и ряд аналогичных агитаций».

Дело было передано для внесудебного разбирательства. Вынесению приговора не помешала ни легковесность доказательств, ни то, что обвиняемый себя виновным не признал. 18 января 1930 г. – Особым Совещанием при Коллегии ОГПУ С.А. Зензивеев по ст. 58-10 был приговорен к 3 годам концлагерей и до 27 сентября 1932 г находился в заключении в Беломоро-Балтийских лагерях.

Вернувшись на родину, несколько лет он работал фельдшером Гжатской городской больницы и одновременно при первой же возможности приступил к диаконскому служению: в 1933 г. – в Воскресенском храме в Сокольниках, а с 1934 по 1937 – в Преображенском храме на Преображенской площади (в г. Москве).

Воскресенский храм в Сокольниках, фото Брансона ДеКу 1931 г.

Воскресенский храм в Сокольниках, фото Брансона ДеКу 1931 г.

В выборе отцом Сергием этих двух основных направлений деятельности – медицинского и церковного – ярко выразилось христианское устроение его души – смиренное, жертвенное, горячее желание отдать всего себя Богу и людям. Несправедливые гонения не озлобили его, но, напротив, вызвали в его сердце сострадание к заблудшим, погибающим людям, «не ведающим, что творят» (Деян. VI,60).

митрополит Сергий (Воскресенский)

митрополит Сергий (Воскресенский)

Молодой благочестивый диакон Сергий вскоре привлек к себе внимание настоятеля Воскресенского и Преображенского храмов – епископа Сергия (Воскресенского) [4] и тот сделал его своим келейником. Три года провел отец Сергий в близком общении с Владыкой, который неизменно оказывал ему свое расположение и доверие, а во время последующих ссылок о. Сергия заботился о его семье.

В 1936 году ко дню Святой Пасхи диакон Сергий Зензивеев был награждён двойным орарём.

Преображенская церковь, фото 1962 г.

Преображенская церковь, фото 1962 г.

Но вот пришло время новых испытаний… На этот раз поводом к аресту стал донос одного из московских священников, Т. Он писал: «Зензивеев Сергей Александрович среди окружающих проводит к-р агитацию, заявляя: «Сколько невинных людей мучается при советской власти в лагерях и ссылках. Всех достойных епископов и священников советская власть арестовала и заключила в лагеря. Это всё делается в целью того, чтобы окончательно уничтожить веру в народе… Скорей бы началась война, тогда неизбежно будет гибель коммунистам».

11 декабря 1937 г. Управлением НКВД СССР по Московской области диакона Сергия Зензивеева арестовали вместе с группой священнослужителей Преображенского и Богоявленского Елоховского храмов г. Москвы – священником Василием Дмитриевичем Ярцевым, иеродиаконом Вениамином (Михайловым В.М.), и диаконами Гавриилом Николаевичем Архангельским [5] и Михаилом Петровичем Голубевым.

1937-след.делоВсех их обвинили в проведении «среди верующих систематической контрреволюционной и фашистской агитации и пропаганды, с использованием для этой цели различных форм церковного общения с верующими (исповеди, богослужения, частных бесед), случаев закрытия и сноса церквей…» и объединили в одну контрреволюционную, фашистскую группировку, притом, что не все они даже знали друг друга.

Новая власть не терпела ни малейшего укора в свой адрес, поводом к обвинению могли послужить самые простые, справедливые слова. И, к сожалению, находились люди, которые, творя волю врага рода человеческого, становились предателями, доносчиками, убийцами своих сограждан, собратьев, сопричастников по вере, сослужителей по Алтарю…

Свидетелями по делу «враждебно настроенной к соц.строю группы попов во главе с попом Елоховской церкви Ярцевым В.Д.» выступили Т. и Г. (иеромонах, впоследствии епископ, сосед о. Сергия по дому). Показания их пропитаны клеветническим духом, и передают слова обвиняемых утрированно, часто искаженно или вовсе ложно. Отцу Сергию кроме множества грубых резких высказываний, так не свойственных его спокойному, доброжелательному характеру, была приписана даже нецензурная брань в адрес советской власти.

В ходе изнурительных допросов Сергей Александрович держался очень достойно, не принимая обвинений на себя и никого не обвиняя, был неизменно вежлив с представителями власти, несмотря на грубое поведение последних.

«…со следственными материалами ознакомлен не был, хотя и просил следователя об этом, — писал спустя несколько лет о. Сергий, — Улики отсутствовали. Свидетелей я не видел, следователь мне их не показывал, не смотря на мою просьбу. Допрос велся недозволенными советским законом методами, он принуждал меня дать на себя показания в контрреволюционной деятельности, ругал нецензурными словами как служителя культа, стучал по столу кулаками…».

Виновным отец Сергий себя не признал.

21 декабря 1937 г. в Управлении НКВД МО было подписано, утверждено и передано на рассмотрение судебной тройки Обвинительное заключение в отношении «контрреволюционной фашистской группы попов» из 5-ти человек, виновных в преступлении, предусмотренном ст. 58 п.10 УК РСФСР.

20 декабря 1937 г.,– тройка УНКВД СССР по Московской обл. вынесла приговор: «Зензивеева Сергея Александровича…заключить в исправтрудлагерь сроком на 10 лет».

1937-приговор1 января 1938 г. диакон Сергий был отправлен этапом в лагерь «Волгострой» на Мологском участке рыбинского гидроузла, в лагпункт Морозиха. Только по прибытии на место заключения ему объявили жестокий приговор.

Дважды (в октябре 1939 г. и в январе 1941г.) он пытался его обжаловать, искренно и горячо уверяя в своей невиновности, взывая к правосудию. В первый раз дело было пересмотрено, свидетели передопрошены, но свои показания подтвердили. Очная ставка с ними, о которой просил о. Сергий, была признана нецелесообразной. На этом основании прежнее решение тройки осталось в силе. Во вторичном пересмотре дела было отказано.

Горечь несправедливого осуждения, изгнание, многолетняя разлука с семьей, невозможность участия в богослужении и таинствах церкви, грубость надсмотрщиков и тяжесть «исправительных» трудов – всё это выпало на долю диакона Сергия, как и на долю тысяч его соотечественников. Но и в этих обстоятельствах, когда многие были сломлены духовно, приходили в отчаяние, теряли веру, мы видим, как мужественно и неуклонно шел отец Сергий по пути Христа.

«Раби, повинуйтесь во всяком страсе владыкам, не токмо благим и кротким, но и строптивым. Се бо есть угодно пред Богом, аще совести ради Божия терпит кто скорби, стражда без правды» (1 Петр, II, 18-21). Конечно, не достаточно знания буквы Св.Писания, чтобы воплотить его в жизнь. Только носитель истинного Духа Божия, не своею силою, но содействием благодати Божией может стать «противу козней диавольских» и при любых, самых сложных обстоятельствах сохранить христианский облик.

Приняв со смирением, как из руки Божией, постигшие его скорби, предавшись до конца воле возлюбленного им Господа, не поддаваясь духу уныния и осуждения, отец Сергий привлек к себе божественную благодать, укрепившую его к исполнению заповедей.

Все годы лагерной жизни он отличался примерным усердием в трудах и безукоризненностью поведения, сохранив при этом верность Христу и Церкви. За высокие показатели в работе Постановлением Особого Совещания от 17 октября 1942 г. С.А. Зензивееву срок был снижен на 1 год 6 месяцев.

11 июня 1946 года, после восьми с половиной лет заключения, диакон Сергий был отпущен на свободу. В ожидании церковного назначения ненадолго отец Сергий вернулся к фельдшерской работе (в амбулатории МВД в г. Переборье). Уже 2 октября 1946 г. епископом Владимирским и Суздальским Онисимом (Фестинатовым) [6] он был определен диаконом Троицкого собора закрытого Успенского женского монастыря [7] г. Александрова, который в конце августа был передан Церкви для приходских богослужений.

Троицкий собор Успенского монастыря фото сер. ХХ в.

Троицкий собор Успенского монастыря фото сер. ХХ в.

Эта древняя обитель, освященная подвигами и молитвами преподобных Лукиана [8] и Корнилия [9] и многих поколений инокинь, на 27 лет становится земным пристанищем для отца Сергия, местом его трудов и упокоения.

Но на этот раз передышка оказалась недолгой. Послевоенная религиозная оттепель сменилась новой волной арестов.

В Александровском гор. отделе МГБ Владимирской области было заведено агентурное дело под названием «Проповедники». Диакона Сергия  Зензивеева привлекли в связи с его «объектами», как уже ранее судимого и тем вызывающего подозрение. При этом были подняты его следственные дела 1930 и 1937 годов, на их основании составлено новое обвинение.

ордер на арест 1949 г.

ордер на арест 1949 г.

17 декабря 1948 года (а точнее, вечером 16-го, после всенощного богослужения на память великомученицы Варвары), отца Сергия арестовали. В Александровском отделении УМГБ его той же ночью допросили, после чего заключили во Владимирскую тюрьму УМГБ.

протокол допроса 17.12.1949 г.

протокол допроса 17.12.1948 г.

Обвинительное заключение было подписано только 12 мая 1949 года:

«С.А. Зензивеев обвиняется в том, что:

являясь участником контрреволюционной группы, проводил среди населения антисоветскую агитацию, —

В предъявленном обвинении виновным себя не признал. Изобличается материалами архивно-следственного дела».

25 июня 1949 г.– Особым Совещанием при МГБ СССР диакон Сергий был приговорен к ссылке на поселение в Красноярский край.

фотография из следственного дела 1949 г.

фотография из следственного дела 1949 г.

Только великая преданность воле Божией могла давать силы пережить эти постоянные внезапные перемены судьбы. По инициативе отца Сергия священники, отправлявшиеся в ссылку вместе с ним, отслужили молебен. За это отец Сергий был наказан: вещи ссыльных везли на лошадях, а ему тяжелый рюкзак пришлось нести самому…

Около года он работал кузнецом в Богучанском леспромхозе. Старался словом и делом поддерживать немощных. Как и чем мог, лечил ссыльных. Для общей молитвы у вновь собравшейся христианской общинки был крест, сделанный из хлеба – самого дорогого тогда для них материала.

В 1950 году Сергия Алексаднровича Зензивеева назначили фельдшером и заведующим участковой Артюгинской больницей (Богучанский район г. Красный Красноярского края).

На всяком месте, всякое дело, которое поручал ему Господь, отец Сергий творил со страхом Божиим, в каждое мгновение поставлял себя пред Богом, хранил совесть перед Ним и людьми. Поэтому жизнь его, даже в самых незначительных, повседневных проявлениях, была наполнена великим смыслом и становилась непрестанным богослужением. И Господь не оставлял верного слугу Своего, подавая незримо ему утешение, с которым не может сравниться никакая человеческая помощь. А вскоре подал и избавление.

на ловле рыбы во время ссылки в Красноярсокм крае

на ловле рыбы во время ссылки в Красноярсокм крае

В мае 1954 года начала работу Центральная Комиссия по пересмотру дел осужденных за «контрреволюционные преступления», были созданы аналогичные комиссии на местах. Дело С.А. Зензивеева было пересмотрено. 15 сентября 1954г. по директиве УНКВД Красноярского края от 16.07.1954 г. он был освобожден от ссылки.

Вернувшись в Александров, отец Сергий уже в ноябре 1954 г. приступил к диаконскому служению в Троицком соборе.1956-г.-около

Радости прихожан не было конца. Диакон Сергий, вкладывавший душу в любое дело , более всего любил церковное, и именно диаконское служение. Даже когда Владимирский Архипастырь хотел рукоположить его во священника, он со смирением отклонил это предложение, желая остаться диаконом.

«Благоговейшенейший был диакон, — вспоминают прихожане, — в храме он летал, как ангел. Смотришь – только что был на амвоне – и уже выходит из алтаря. Он как-то особо мог держать Евангелие у царских врат и открывать и закрывать их с таким благоговением – медленно, плавно. А как возглашал! Так, что невольно слова западали в душу и доходили до сердца. Всех поминал – живых и усопших. Иногда голос его дрогнет – чувствуется, что душа его о ком-то скорбит».1

В 1956 году протоиерей Петр Кедров, благочинный Киржачского благочиннического округа, в который тогда входил г. Александров, давая характеристику священнослужителям, писал о диаконе Сергее Александровиче Зензивееве, что он имеет достаточное общее развитие и хорошо подготовлен к тому, чтобы быть диаконом. обладает усердием к своему делу и настроенностью к благоговейному служению, «к верующим особенно уважителен, учтив и деликатен, всеми любим (свое начало служения начал в женском монастыре)[10], имеет высокие моральные качества, помнит о морали священнослужителя пред Престолом Божиим, патриот, положительно относится к явлениям общественной жизни, дисциплинирован».

Послужной-списокВ 1956 году, обращаясь к епископу Владимирскому и Суздальскому Онисиму с ходатайством о возведении диакона Сергия Зензивеева в сан протодиакона, прихожане писали:

«Искренняя его (о. Сергия) служба не оставляет, да и не может оставить безразличными молящихся в храме. Молящиеся невольно усугубляют свои молитвы и церковь в едином порыве «едиными усты и единым сердцем» славит и воспевает имя Божие».

Владыка удовлетворил их просьбу, и диакон Сергий был возведен в сан протодиакона.

В апреле 1963 г., «во внимание к долголетней и усердной службе церкви Божией при благочестном поведении и к заботам о родном храме». Отец Сергий был награжден камилавкой.грамота

В марте 1972 года – орденом святого князя Владимира III степени и грамотой Святейшего Патриарха.4

Архиепископ Владимирский и Суздальский Николай (Кутепов)[11] дал такую характеристику отцу Сергию: «Протодиакон Сергей Зензивеев образцовый служитель алтаря и клироса. Прекрасный характер делает его желанным служителем любого церковного коллектива».

12 августа 1957 года Постановлением Московского городского суда Зензивеев С.А был реабилитирован по 3-й репрессии.

«Братие, да никто убо от вас постраждет, яко… злодей… Аще ли же яко христианин, да не стыдится, да прославляет же Бога в части сей» (1 Петр, IV, 15-16). И все же горько было этому человеку, жизнь которого была единым порывов любви к Богу и людям, носить клеймо «врага народа», оставленное на нем приговорами 1930 и 1937 годов. Снова и снова пытается он оправдаться, просит о пересмотре дел. Его заявление (июня 1961 года) на имя Генерального Прокурора СССР было удовлетворено, и дело пересмотрено. Из свидетелей был передопрошен только Г. (архиепископ Н.), за смертью остальных, но показания свои снова подтвердил. На этом основании в реабилитации отцу Сергию было отказано.

«…Обращаюсь к Вам как человек к человеку!..», — такие слова читаем мы в одном из прошений отца Сергия, на имя наркома Внутр.дел тов. Берии. Сохранив человеческий облик в труднейших обстоятельствах, проявив себя как Личность по Образу Христа Спасителя, отец Сергий и в других видел этот сияющий божественный образ и не оставлял надежды пробудить его к жизни и быть услышанным. Но там, где человеческие возможности бывают исчерпаны, сильною рукою устрояет дело Сам Господь. 20 ноября 1961 года, по протесту Зам прокурора РСФСР Президиум Московского Гор. Суда снова рассмотрел дело и реабилитировал Зензивеева С.А. по репрессии 1937 года[12].

28 ноября 1961 года отец Серий был реабилитирован по первой репрессии 1930 года Президиумом Смоленского Областного Суда.

Анкета из личного дела, заполненная диаконом Сергием

Анкета из личного дела, заполненная диаконом Сергием

Пройдя жизненный путь по стопам Христа, испив Чашу страданий Его вместе со своим народом и выстояв в этой жестокой борьбе, отец Сергий стяжал очевидные для всех дары Святого Духа: «любовь, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, веру, кротость, воздержание», (Гал. V, 22- 23), и, конечно, молитву.

Его трогательное, благоговейное диаконское служение часто сопровождалось слезами. Евангелие он не мог читать без слез. «Не мстите за себя, возлюбленные…» (Рим, XII,19), — этот дух всепрощения пронизывал все его существо и изливался в горячей молитве «о мире всего мира», о друзьях и врагах.

Господь наградил его красивым голосом — баритоном, и музыкальным слухом. Отец протодиакон очень любил пение и на праздники старался создать торжество. С одного клироса переходил на другой: на правом поможет – спешит на левый. Часто читал канон. Слыша разговоры в храме, прерывал чтение или пение и плакал. Был момент, когда о.Сергий сломал руку, но не переставал служить и поднимать тяжелое Евангелие.

Последняя фотография, Пасха 1972 г.

Последняя фотография, Пасха 1978 г.

После Литургии, отец Сергий, как правило, служил панихиду. Усердно молился за усопших. Прочитывал многочисленные записки. Поминал учителей, врачей, воинов… Никогда не забывал помянуть духовников обители – схимонаха Лукиана и схимонаха Корнилия.

Целый день он был в храме. Приходил рано. Зажигал лампады, звонил в колокола. Любил церковное благолепие и старался создать его в праздник. Доставал цветы к плащанице, украшал иконы, развешивал пелены. Особенно нарядным храм выглядел в престольный день. Все благоухало зеленью и цветами.

Старанием отца Сергия на Пасху над царскими вратами зажигались слова «Христос Воскресе!», а на Рождество – «С нами Бог!». Посередине храма появлялся вертеп из хвои, такой красивый, что нигде подобного не было.Зензивеев-СА

Все нужное для храма отец протодиакон закупал сам, ездил в Москву и возвращался оттуда навьюченный сумками и рюкзаками. Занимался электропроводкой, ремонтом, уборкой.

Матушка его даже обижалась, что отец Сергий не бывает дома. И, он чтобы ее утешить, после вечерней службы бежал в магазин за продуктами.

Переживший много горя, отец Сергий любое горе переживал как свое. Старался помочь больному, бедному. Лечил людей, особенно травами. Был жизнерадостным, общительным, часто шутил. Всех прихожан знал в лицо. Особенно заботился он о престарелых инокинях из закрытых монастырей: утешал гостинцами, приносил лекарства, поддерживал. Не давал никому унывать. Любил накормить нуждающегося, детей угощал сладостями, был внимателен и к старому, и к малому – праведной жизни был человек…

Отпевание монахини, 1959 г. (Протодиак. Сергий Зензивеев, про. Петр Успенский, иер. Константин Тивецкий)

Отпевание монахини, 1959 г. (Протодиак. Сергий Зензивеев, про. Петр Успенский, иер. Константин Тивецкий)

На бой часов отец Сергии благоговейно осенял себя крестным знамением в память о смертном часе.

Всегда помня о других, он часто забывал о себе, о своих болезнях и немощах.

Летом 1978 года с ним случился тяжелый приступ, с которым его положили в больницу, но и там он старался быть полезным – помогал разносить обед больным. Во время сделанной ему операции выяснилось, что причиной приступа была раковая опухоль.

Много раз стоявший перед лицом смерти, отец Сергий и на этот раз встретил ее приближение спокойно и мужественно, с крепкой верой в милосердие Божие, со смирением, покаянием и молитвой.

Только одну неделю лежал он на одре болезни. 24 августа 1978 года, в самый день памяти схимонаха Корнилия (ныне прославленного Церковью в лике святых), протодиакон Сергий Зензивеев преставился ко Господу.

протоиерей Брис Толкачев на отпевании протод. Сергия

протоиерей Борис Толкачев на отпевании протод. Сергия

У гроба о. Сергия прот. Андрей Бородачев и его супруга

У гроба о. Сергия прот. Андрей Бородачев и его супруга Татиана

 

Прихожане копают могилу 1978 август

Прихожане копают могилу 1978 август

Хоронил отца Сергия весь город, даже совсем невоцерковленные молодые люди пришли на похороны. Было много москвичей и высокопоставленных людей. Слова благодарности и горячие молитвы провожали его в последний путь.

24 августа 1978 года

24 августа 1978 года

На старом Александровском кладбище много забытых могил. Но память об отце Сергии живет в сердцах людей. У его креста часто стоят цветы, и тропинка к нему не зарастает.

Мы не видим в житии протодиакона Сергия Зензивеева ни ярких подвигов, ни знамений, ни чудес, не знаем подробно внутреннего пути, которым шла его душа. Но «древо познается по плодам». А плод жизни отца Сергия – непобежденная злом Любовь к Богу и людям, высшее чудо на земле и свидетельство совершенного духовного развития.

В наши дни, когда зло пытается проникнуть во все сферы человеческой жизни и вызвать ответную реакцию зла, особенно важен пример истинных мучеников и исповедников Христовых, выстоявших в огненной борьбе за божественные заповеди. Зло не побеждается и не врачуется злом. Только Любовь, озаренная светом благодати, способна изменить мир, очистить его от  грехов, дать новую жизнь, в которой «пребывают вера, надежда, любы, три сия: больше же сих любы…» (1 Кор, VIII, 13).

Протодиакон Сергий на фоне Троицкого собора

Протодиакон Сергий на фоне Троицкого собора

 

[1] Сейчас — город Гагарин

[2] в годы гражданской войны был расстрелян за участие в контрреволюционном восстании

[3] в 1928 г. у Зензивеевых родилась дочь Людмила

[4] Еп. Коломенский Сергий (Воскресенский), викарий Моск. Епархии, впоследствии митрополит Виленский и Литовский, экзарх Прибалтики. Деятельный сподвижник патриарха Сергия (Страгородского). Будучи экзархом Прибалтики (с 1941г.), возвратил Правосл.Латвийскую и Эстонскую церкви под омофор Моск. Патриархата. Во время войны с Германией, отказавшись от эвакуации, продолжал архиерейское служение, являя пример беззаветной верности Христу и Его церкви, отеческой заботы о вверенной ему пастве. Окормлял псковскую духовную миссию на оккупированных территориях. Убит при неизвестных обстоятельствах 28 апреля 1944г.

[5] Канонизирован от Московской епархии как преподобномученик Архиерейским Собором РПЦ 10 декабря 2007 г.

[6] Управляющий Владимирской епархией с 27.08.1944 по 31.10.1970

[7] Основан в середине XVII века на месте царской Александровой слободы. Закрыт советской властью в 1923 г. Храмы и здания монастыря занимали музей (с 1921г.- до наст.времени) и жилой поселок под названием «Заря».

[8] Прп. Лукиан Александровский (+1655) – основатель и духовник монастыря, строитель Лукиановой пустыни

[9] Прп. Корнилий Александровский (+1681) –духовник монастыря, строитель Лукиановой пустыни

[10] Ошибочное мнение, т.к. в юношестве о. Сергий часто посещал Успенский Колоцкий мужской монастырь, где был с 1918 года настоятелем его духовник. Вполне вероятно, что он думал об избрании иноческого образа жизни, т.к. нередко у людей, видевших его теплое отношение к монашеству складывалось мнение, что он хотел быть монахом, а в брак вступил по благословению.

[11] Управляющий Владимирской епархией с 1.12.1970 по 1975 год

[12] Остальные священнослужители, проходившие вместе с о.Сергием по делу 1937 г., были реабилитированы лишь в апреле 1992 года

Эта запись защищена паролем. Введите пароль, чтобы посмотреть комментарии.