Монастырский некрополь. Часть 4

ЧАСТЬ 4: Погребения мирян

В стенах Успенской обители желали обрести упокоение также многие миряне.

В первую очередь это были священнослужители монастыря (около 45-ти человек) и члены их семей. Известны некоторые священнические династии, представители которых стояли у Престола в монастыре с XVII века, например, Александровские и Удальцовы. Все многочисленные потомки этих родов, даже перешедшие к ХХ веку в светское звание и получившие дворянство, завещали похоронить себя на монастырском кладбище.

Даже если почивший умирал далеко от монастыря, получив особое разрешение духовного и светского начальства, его перевозили в Александров для предания земле в монастырских стенах. Так, например, в 1800 году перевезли из Московского Богоявленского монастыря тело отца митрополита Серапиона Александровского священника Сергия Логиновича.

n12a Serapion Al

Существовали на монастырском кладбище также семейные усыпальницы александровских купцов, таких фамилий как Быковы, Жемчужкины, Зорины, Ивановские, Уголковы, Красавины. Отдельная часовня была над усыпальницей рода Григория Дмитриевича Зубова, причем по завещанию ежегодно выделялись монастырю деньги на деревянное масло для неугасимой лампады в ней. Это были люди, при жизни своей много благотворившие обители, завещавшие внести солидный вклад за свое погребение в ней, и озаботившиеся о пожизненной монастырской молитве о себе, выделив особые суммы на поминовение на проскомидии, неугасимой псалтири, на служение панихид, а также — священнослужителям, на монашескую трапезу и монастырскую богадельню, на церковные нужды.

Были погребены в монастыре также семьи александровских дворян, как например братьев Стромиловых – Михаила Семеновича, земского начальника, и Сергея Семеновича – предводителя дворянства; врача при железнодорожной станции Александров Стефана Федоровича Якобсона; земского начальника Константина Николаевича Товарова, уездного исправника Александра Николаевича Красюка и его сына — земского врача Павла Александровича…

n13-Krasyuk-PA

Нашли упокоение в обители и некоторые учительницы женской городской гимназии, а в конце 1920 года и заведующая ею – дворянка Любовь Сергеевна Сергеева-Поль.

n14

Последним в 1923 году был похоронен земский провизор Константин Александрович Грудзинский, зять монастырского диакона Ивана Богданова.

n15-Grudzinskiy

В постоянно пополняемом списке погребенных на кладбище монастыря (сейчас в нем более двухсот имен) также многочисленные фамилии александровских мещан и крестьян, в основном —  жителей близлежащих деревень Александровского уезда. Большей частью это люди, которых и при жизни что-то связывало с монастырем – родственники монахинь, монастырские служители и наемные работники…

Некоторые из них, прихожане городской Преображенской церкви, последнее напутствие и погребение получали от клира своего прихода.

Официальное разрешение на погребение в ограде монастыря мирян было дано в апреле 1852 году на прошение игумении Елисаветы (Лавровой) «по примеру других обителей тела умерших посторонних лиц для пользы обители, особенно по прозьбе и желанию родственников, или завещанию самих умерших, погребать на общем монастырском кладбище по вкладам, а тела умерших Священноцерковнослужителей, яко послуживших обители и их семейных погребать на том же кладбище безмездно»[1].

n17

Управляющий Владимирской епархией епископ Иустин дозволил в внутри монастыря, за Успенской церковью «допускать к погребению и посторонних умерших, но тех только, которые приобрели уважение и некогда оказали свое усердие в жизни обители с тем впрочем, если того пожелают оставшиеся после их родственники и сделают вклад для обители…» При этом «о каждом погребении посторонних лиц и сделанном вкладе доносить Консистории, записывая вклад в книгу неокладных доходов»[2].



[1] ГАВО, ф.566,2.58 Копии указов-1853г, л.8
[2] ГАВО, ф.566,оп.2,ед.хр.58 Копии указов-1853г, лл.7-9

Монастырский некрополь. Часть 5

ЧАСТЬ 5: Судьба кладбища

n18

 

Декретом СНК от 7 декабря 1918 года «О кладбищах и похоронах» Православная Церковь была отстранена от похоронного дела. Монастырские священнослужители продолжали вести записи о умерших в метрических книгах, но с этого времени для погребения в монастыре монахинь и мирян они получали справку в ЗАГСе.

 

n19n20

А в 1920-х годах появились советские «Санитарные нормы и правила устройства и содержания кладбищ». Согласно этим нормам, кладбища не могли находиться рядом с общественными зданиями, каковыми являлись храмы. Следуя этим нормам и инструкциям, было уничтожено большинство монастырских и приходских кладбищ.

n21

 

После закрытия монастыря в музее были сделаны копии с резьбы на старых плитах кладбища, а также опись 300 могильных памятников монастырского кладбища. Найти их до настоящего времени нам не удалось, вероятно, они были уничтожены вместе с разрушением самого кладбища.

n22

В начале 30-х годов надгробные памятники были использованы под фундаменты при строительстве городских домов. Часть из них директор музея Погодин раздал своим знакомым, и одно из этих надгробий после разборки деревянного дома, было передано хозяином его в фонды музея-заповедника «Александровская слобода». Это памятник казначеи монахини Алевтины Назаровой.

n23-Alevtinan24

Были уничтожены и находившиеся в отдельной ограде за алтарем Троицкого собора крест и памятник XIXвека.

n25

 

n26-Elisaveta

 

Документально неизвестно, кому принадлежит это захоронение, но есть предположение – что игумении Елисавете (Лавровой), много лет и сил положившей для благоукрашения обители.

 

 

При производившихся в 2003 году за Успенском храмом археологических раскопках под руководством М.В. Фролова были вскрыты 7 могил начала ХХ века, одна из них – монастырского диакона.

Монастырский некрополь. Часть 6

ЧАСТЬ 6: Погребения священников и монахинь после закрытия монастыря

Монахини, лишившиеся обители и оставшиеся жить в Александрове, погребаемы были на Боголюбским, а позже — загородном (ныне – старом) кладбище. Те из них, кто дожил до открытия в 1946 году Троицкого собора, сподобились и быть отпетыми в родном храме.

n27

Местонахождение некоторых могил нам известно, но в основном, они, к сожалению, утрачены. Большая же часть насельниц обрела вечный покой вдали от стен монастыря, и могилы их рассеяны и по Александровскому району, и по всей России.

n28

На старом городском кладбище находятся также могилы священников, служивших с Троицком соборе во второй половине XX века: протоиереев Петра Успенского, Леонида Розанова, Николая Харьюзова, Андрея Сергеенко, последнего настоятеля Преображенской церкви отца Феодора Преображенского.

n29-аn29-б

Монастырский некрополь. Часть 7

ЧАСТЬ 7: Восстановление поминовения усопших. Крест у Сретенской церкви

Восстановление монастырского кладбища, к сожалению, в наше время невозможно. С возобновлением монашеской жизни в стенах обители сделано то, что в наших силах, и то, что представляется наиболее важным: восстановлено молитвенное поминовение погребенных в Успенском монастыре и установлен общий памятный крест за Сретенской церковью.

n30n31n32

Игумения Тамара (Лихарева)

Игумения Тамара (Лихарева)
(1867 — 1953)

Lihareva-Tamara-portret

Последней настоятельницей Александровского Успенского монастыря Владимирской епархии перед его закрытием была игумения Тамара (Лихарева).

Родилась Александра Лихарева 21 апреля 1867 года в Москве в дворянской семье, имеющей священнические корни. Отец ее Василий Яковлевич Лихерев (сын священника с. Покров Александровского уезда) служил бухгалтером и письмоводителем при Мариинской больнице в Москве. Мать Екатерина Ивановна тоже была дочерью священника. Закончив городское московское училище, в 1883 году шестнадцатилетняя Александра Васильевна поступила на жительство в Александровский Успенский монастырь, где ее родная тетя монахиня Евфасия в этом же году стала игуменией.

Послушница Александра Лихарева несла послушание при келиях настоятельницы, была учительницей рукоделия в монастырской школе, — обучала девочек кройке, шитью одежды и вышиванию, за что неоднократно получала благословение архиепископа и Святейшего Синода. В годы русско-японской войны ухаживала за ранеными воинами.

Lihareva-TamaraВ 1907 году, через 23 года после поступления в монастырь, послушница Александра Лихарева, которой исполнился 41 год, была пострижена в монашество с наречением ей имени Тамара.

С 1909 года монахиня Тамара назначена ризничей, в 1911 году утверждена благочинной Успенского монастыря. Но при этом она продолжала и преподавание в монастырской школе.

В конце ноября 1913 года, после кончины игумении Ефрасии (Лихаревой), монахиня Тамара была назначена Настоятельницей обители и возведена в сан игумении.

30 лет находившаяся при мудрой и опытной игумении, Монахиня Тамара была подготовлена ею к тому, чтобы принять бразды правления большой и многочисленной обителью, и стала ее достойной преемницей, только вот управлять ей пришлось совсем в иное, тяжелое для Церкви время.

2 января 1917 года игумения Тамара, по ходатайству Епархиального начальства, была удостоена Святейшим Синодом награждения наперсным крестом. Награда эта стала и символом возложения Богом на матушку Тамару более тяжкого жизненного креста – скорбей, переживаний за судьбу обители и сестер, нужды и гонений за веру.

Со дня революции начинается разорение обители. Обыски и «реквизиции», голод и эпидемия тифа, тяжелые труды в созданной для сохранения общины трудовой артели – все это в первую очередь легло на плечи матушки игумении. На последние средства стараниями ее для всех трехсот сестер устраивалась общая трапеза, хотя и без хлеба.

С 1917 года, как руководительница монастыря,  игумения Тамара была лишена избирательных прав.

В марте 1922 года, когда по всей стране происходила кампания по изъятию церковных ценностей якобы для помощи голодающим, игумения Тамара была арестована вместе с монахиней Адолией (Афонской), старшей церковницей Троицкого собора за сокрытие имущества и осуждена на 2 года лишения свободы.

В то время, как игумения находилась в заключении, а именно 13 февраля 1923 года, Успенский монастырь в г. Александрове был ликвидирован, а всё имущество и ценности были полностью переданы музею.

После освобождения в 1924 году матушка Тамара вынуждена была поехать жить к сестре в подмосковную Рузу. Занималась рукоделием, шила одеяла, наставляла приходивших к ней за советом.

По доносу 65-тилетняя Игумения Тамара 19.05.1931 г. после обыска арестована.

Из показаний матушки на допросе:

… Ко мне часто ходят женщины, которые приносят мне работу, агитации среди них не вела. К советской власти я отношусь безразлично, для меня всякая власть от бога. Меня удивляет, почему у советской власти ничего не выходит с колхозами, я считаю, что коммуны не у советской власти, а в монастырях.

Заключением от 22-го мая 1931 года Лихарева Тамара Васильевна обвинялась в том,  ведет систематическую антисоветскую агитацию, направленную к срыву мероприятий Советской власти, используя религию, обрабатывает женщин, приходящих к ней, в антисоветском духе, имеет тесную связь с арестованными священниками и высшим духовенством г. Москвы. В предвыборную кампанию, вела усиленную агитацию против закрытия собора города Рузы.

Виновной себя не признала.

Заседанием тройки при ОГПУ Моск.области 10 июня 1931 г. Лихарева Тамара Васильевна, обвиняемая по статье 58-й часть 10 Уголовного Кодекса, приговорена к заключению в Исправтрудлагерь, сроком на пять лет, с заменой высылкой в Казахстан на тот же срок. Направлена этапом.

К окончанию срока ссылки игумении Тамаре было уже 70 лет. Около 1942 года, очень больная и немощная, она приехала в местечко Павшино под Москвой к родному брату, заштатному священнику Леониду Васильевичу Лихареву.

Жили впроголодь. Одевалась матушка Тамара в монашеское, в руках всегда держала четки, отличалась добротой, тихостью и духовной мудростью. Приезжали к ней за советом, и сама она ездила не раз в город Петушки и в Струнино для наставления живших там монахинь.

Недавно, милостию Божией, удалось найти следственное дело матушки и узнать день блаженной ее кончины. Преставилась ко Господу она 14 февраля 1953 года.

Помолимся об упокоении души игумении Тамары и родителей ее и просим Бога, да откроет Он нам и место ее погребения.

Читать полное жизнеописание

Игумения Евфрасия (Лихарева)

Игумения Евфрасия (Лихарева)
(1836 – 1913)

Lihareva-Evfrisiya-portret

Игумения Евфрасия – Евдокия Яковлевна Лихарева родилась 7/19 февраля 1836 г. в семье священника села Покрова Александровского уезда. Евдокия с малых лет привыкла к тяжелому крестьянскому труду, рано выучилась грамоте, читала и пела на клиросе. Многие сватались за красивую, грамотную и приветливую девушку, но она твердо решила посвятить себя Господу. 19 октября 1859 года Евдокия поступила на жительство в Александровский Успенский девичий монастырь, который и раньше не раз посещала. Исполняя послушание свечницы в Троицком и Покровском соборах, она обратила на себя внимание Матушки Игумении Елисаветы смирением и прекрасным голосом. 26 февраля 1862 года Евдокия была зачислена в указные послушницы, а 15 июля 1863 года определена на монашескую вакансию. В 1875 году она была пострижена в монашество с наречением ей имени Евфрасия.

На монахиню Евфрасию было возложено послушание начальницы Троицкого и Покровского соборов, что соответствовало должности церковного старосты в приходских храмах. Мать Евфрасия с неослабным усердием заботилась о вверенных ее попечению соборах, проявила способность к умелой и плодотворной распорядительности. Для Покровского собора ею был устроен массивный посеребренный металлический ковчег с мощами многих святых угодников.

1 февраля 1883 года, после смерти казначеи монастыря монахини Алевтины (Назаровой), монахиня Евфрасия была назначена на ее место. Монашеский опыт, рассудительность и образованность, которой она достигла самостоятельными занятиями, были замечены епархиальным начальством, и 13 мая 1883 года, в связи с выходом на покой игумении Елисаветы, она была назначена настоятельницей Успенского монастыря с возведением в сан Игумении.

Больше всего она заботилась о том, чтобы все монастырские порядки и благочестивые обычаи, издревле соблюдавшиеся во святой обители, как в отношении церковного богослужения и молитвенного монашеского правила, так и внутреннего уклада монастырской жизни, неизменно соблюдались. Из древних традиций сохранялся обычай, чтобы новопостриженные сестры первые 40 дней и ночей провели в храме в усиленной молитве.

Вместе с тем игуменьей Евфрасией были введены некоторые дополнения к монастырским традициям. С 1883 г. после вечернего монашеского правила за новопреставленных сестер и благодетелей в течение шести недель после их смерти стали полагать по 12 поклонов. По пятницам перед вечерним правилом служили великую панихиду при пении двух хоров монахинь по всем скончавшимся православным христианам. С 1889 г. в Успенском соборе введено неусыпное чтение псалтири с поминовением усопших по монастырскому синодику. С 1887 г. по воскресным дням после вечерни в Успенском соборе стали совершаться торжественные молебны с чтением акафиста пред привезенным из Иерусалима образом Успения Божией Матери.

В Матушке Евфрасии особо проявился дар строительницы монастыря. Вот лишь основное из сделанного ею: в 1883 г. вызолочены иконостасы в трапезе Покровского собора и в приделе прп. Марии Египетской Успенской церкви. В Успенский храм в 1885 г. устроены позлащенные киоты на ряд икон. Главы храма заново покрыты, кресты вызолочены, крыша и главы покрашены. В 1886г. проведена большая работа по обновлению храма, над главной иконой Успения Пресвятой Богородицы устроен новый балдахин. В 1887г. в трапезе храма поставлен металлический позлащенный ковчег с мощами многих святых, устроены новые киоты для икон. В 1887-1889 гг. поновлялась живопись в Троицком и Покровском соборах. В 1889 г. устроена новая плащаница в Успенский храм. В том же году около железнодорожного вокзала построена часовня в память чудесного спасения царской семьи во время крушения поезда. В 1892-1895 гг. в Покровском соборе произведен большой ремонт с новой росписью.

В 1891 г. в монастыре построена женская церковно-приходская школа, ставшая затем и школой рукоделия. Сама Игумения — замечательная умелица — стала ее и заведующей, и учительницей. В 1890-х годах было завершено строительство второго этажа на келейном корпусе, начатое игуменией Елизаветой. Устроен водопровод на металлических трубах взамен деревянных. В 1904 г. при железнодорожной станции Александров вместо часовни построена церковь во имя прп. Серафима Саровского.

Lihareva-EvfrisiyaЕпархиальное начальство всегда ценило благопопечительность Игумении Евфрасии к святой обители и представляло ее к наградам. Она была награждена двумя золотыми наперсными крестами из Кабинета Его Императорского Величества, и своими незаурядными дарованиями стала известна всей России.

Несмотря на высокое положение, Матушка Евфрасия сохраняла скромность, смирение и простоту. В 1908 г. местное духовенство и городская общественность готовились торжественно отметить четверть века ее игуменства. Матушка пыталась отклонить чествование, но когда это не удалось, в назначенный день уехала в Троице-Сергиеву Лавру, где провела время в молитве у мощей игумена земли Русской…

1/14 октября 1913 г., на Покров Пресвятой Богородицы, игумения Евфрасия последний раз была в храме на богослужении. Потом слегла, заболев воспалением легких. 13/26 октября последний раз причастилась Святых Христовых Тайн и еще нашла в себе силы ласково утешать плачущих сестер. В четвертом часу того же дня редкие удары колокола Распятской колокольни возвестили обители и всему городу Александрову о преставлении ко Господу почитаемой и любимой всеми Матушки Игумении.

Игумения Елисавета (Лаврова)

Игумения Елисавета (Лаврова)
настоятельница с 1846 по 1883 годы

Lavrova-Elisaveta

В 1794 г. в семье диакона села Воскресенского Ковровского уезда Владимирской губернии Николая Лаврова родилась дочь Анна. Отцом она была обучена чтению и письму, хотя грамотность в то время являлась роскошью для детей-девочек. Достигнув совершеннолетия, Анна пожелала оставить мир и поступила в Суздальский Ризоположенский монастырь. В 1832 году была переведена в Муромский Троицкий девичий монастырь, где в 1837 году пострижена в мантию с именем Елисаветы.

Архиепископ Владимирский Парфений, видевший послушание и строгую иноческую жизнь монахини Елисаветы, в 1838 г. назначил её казначеей Ризоположенского монастыря, в 1843 году — игуменией Троицкого Муромского монастыря. В  1844 г. её управлению был вверен Переславский Феодоровский монастырь, а в 1845 г.– Суздальский Покровский. Наконец, как деятельная и опытная Игумения, 21 января 1846 года была определена настоятельницей в Успенский монастырь города Александрова, который она привела в цветущее состояние, мудро управляя 37 лет.

День Матушки Елисаветы начинался и заканчивался келейной молитвой. По первому удару колокола спешила она на богослужение, остальное время отдавая заботам о монастыре. Если дела не позволяли ей быть в храме, Игумения выслушивала службы в келье.

Как добрую и попечительную мать особенно любили Матушку вверенные ей сестры, видя в ней пример монашеской жизни. Глубокое уважение и любовь за молитвенность, труды и обходительность вызывала она у городских жителей, считавших её образцовой настоятельницей. За доброе управление из Императорского кабинета в 1858 году игумения Елисавета Лаврова награждена золотым наперсным крестом, в 1873 г. – крестом  с украшениями; в 1871 и 1883 годах удостоена благословения Святейшего Синода.

Ослабев, на 90-м году жизни Игумения Елисавета подала прошение на покой, и 29 мая 1883 г. поселилась в отдельной келье со своими племянницами-монахинями, всё время отдавая молитве и мыслям о будущей вечной жизни.

За несколько часов до смерти удостоившись Причастия Святых Тайн, не выпуская из рук чёток, тихо и мирно, с молитвою на устах 7 августа 1883 года она рассталась с землёю.

Читать полное жизнеописание